Безутешные. Кадзуо Исигуро.

Пред­по­лагал ли Каф­ка, что его ху­дожес­твен­ный ме­тод мож­но до­вес­ти до ло­гичес­ко­го за­вер­ше­ния? Воз­можно, луч­ший ан­гло­языч­ный пи­сатель нас­то­яще­го вре­мени, ла­уре­ат мно­гочис­ленных ли­тера­тур­ных пре­мий, Кад­зуо Иси­гуро в ро­мане... More

Пред­по­лагал ли Каф­ка, что его ху­дожес­твен­ный ме­тод мож­но до­вес­ти до ло­гичес­ко­го за­вер­ше­ния? Воз­можно, луч­ший ан­гло­языч­ный пи­сатель нас­то­яще­го вре­мени, ла­уре­ат мно­гочис­ленных ли­тера­тур­ных пре­мий, Кад­зуо Иси­гуро в ро­мане «Бе­зутеш­ные» сде­лал каф­ки­ан­ские де­кора­ции фо­ном для изоб­ра­жения лич­ности ху­дож­ни­ка, не спо­соб­но­го раз­де­лить свою час­тную и со­ци­аль­ную жизнь. Это од­новре­мен­но и фарс и кош­мар, ис­сле­дова­ние жес­то­кос­ти, при­сущей об­щес­тву в це­лом и от­дель­ной семье, и все это на фо­не вы­думан­но­го го­рода, на гра­ни ре­аль­нос­ти… «Бе­зутеш­ные» – слож­ней­ший и, воз­можно, луч­ший ро­ман Кад­зуо Иси­гуро, на­пол­ненный мно­гочис­ленны­ми ли­тера­тур­ны­ми и му­зыкаль­ны­ми ал­лю­зи­ями. Лор­не и На­оми Less